Герцог Д. (более уверенно): Да.

Следователь: Но если вы были на расстоянии более четверти мили, вы, должно быть, ушли с участка, расположенного вокруг дома?

Герцог Д.: Да, я думаю, что так и было. Да, я погулял по болоту немного, ну, вы понимаете.

Следователь: Вы можете показать нам письмо, полученное вами от мистера Фриборна?

Герцог Д.: О, конечно, если найду его. Я думал, что положил его в карман, но, когда понадобилось, не смог найти его для того парня из Скотланд-Ярда.

Следователь: Вы не могли случайно уничтожить его?

Герцог Д.: Нет, я уверен, что помню, как убирал его… О (Здесь свидетель сделал паузу в весьма очевидном замешательстве и покраснел.) — Я вспоминаю теперь. Я уничтожил его.

Следователь: Очень жаль. Как это произошло?

Герцог Д.: Я забыл; а теперь вспомнил. Боюсь, что оно пропало навсегда.

Следователь: Возможно, вы сохранили конверт?

Свидетель покачал головой.

Следователь: Значит, вы не можете предъявить жюри какое-либо доказательство того, что получали его?

Герцог Д.: Нет, если Флеминг не помнит этого.

Следователь: Ах, да! Без сомнения, это можно проверить. Спасибо, ваша светлость. Пригласите леди Мэри Уимзи.

Благородная леди, которая была до трагического утра 14 октября невестой покойного, вызвала шепот сочувствия при своем появлении. Светловолосая и стройная, она была одета во все черное, и это подчеркивало мертвенную бледность ее лица. Охваченная печалью, она давала показания очень тихим, иногда почти неслышимым голосом

После выражения соболезнования следователь спросил:

— Как долго вы были помолвлены с покойным?